Я

Дисклеймер

Все, что вы хотите мне сказать о:

  • свободе слова
  • демократии
  • способах ведения ЖЖ
  • содержании и оформлении постов


можете говорить сюда. 
Властью, данной мне мной, этот пост объявляю навеки висящим над моим грешным блогом.
Я

(no subject)

Забор.

Кто что с меня хочет: получить, отдать, напомнить, попросить, пнуть - всем сюда.

Я

Ледоход

За небом талою водой
Весна берет разбег на взлет.
За перелетною бедой
Моя судьба идет в обход.
В ее мешке ржаной ломоть,
Да горький чай, да сизый дым,
Один патрон да ржавый гвоздь,
Медовый вереск и полынь.

Идет судьба, читая след
Из капель крови и стихов.
Моей душе покоя нет,
Так рви же, рви металл оков,
Ведь нам оставили волю.

Река несет руками вод
Печать зимы, громады льдин.
Осиротевший серый флот
Идет в фарватере стремнин.
Пропал секстант, истрепан лот
И оборвались якоря,
И мерно бьется в стылый борт
Недолгожданная заря.

И не осталось ничего,
Кроме моей смешной любви,
К огням у дальних берегов -
Плыви же, мой фрегат, плыви,
Ведь нам оставили завтра.

Роняет серебро рассвет,
Дрожит растерянно компАс,
Но вдалеке мерцает свет,
Маяк горит. Горит для нас.
Судьба, теряя след, хрипит,
Весенний ветер парус рвет,
И мой корабль к тебе спешит,
Ломая килем талый лед.

А где-то дверь закрылась в рай,
И не осталось ничего,
Сияй же, мой маяк, сияй,
Мы обойдемся без него,
Ведь нам оставили выбор.
Я

Август

O du lieber Augustin, Augustin, Augustin,
O du lieber Augustin, alles ist hin.

Чумная песенка


Мой милый Август, я тебе пишу...
Да низачем ведь, если разобраться.
Мой милый Август, я тебя ищу
Под сенью тополей, в тени акаций,

Под предосенней яростной грозой,
В разрывах грома и во вспышках молний.
Мой милый Август, светлый и босой,
Тебя уже почти никто не помнит

Из тех, кто пил живительный нектар
Росы рассветной с трав степных пахучих.
Забыть тебя - возможно, тоже дар.
Над городом закрыли звезды тучи,

Стакатто капель в воздухе звенят
Осколки недоношенных стихов.
Ах, милый Август, много лет подряд
Я нахожу в грозе обрывки слов,

Вплетаю их в серебряную сеть
Безумия, что ждет меня внутри
Моих же глаз. Как тут не захмелеть,
Когда я пойман, как ни посмотри,

В силки ветров, в тенета Персеид,
В капкан дождей, смывающих с лица
Золу побед, дешевый грим обид.
Мой Август, дотянуть бы до конца,

До осени... но что я в ней найду?
Да ничего ведь, если разобраться.
Мой милый Август, на свою беду
С тобою я не в силах попрощаться.
Я

Касыда о славе

Пригибая ветром травы, по земле гуляет слава,
Ей чужая жизнь - забава, подхватила, понесла

На потеху вечно правым, грифом, жадным до расправы,
Раскрывает в небе слава медноперые крыла.

Резкий крик полночной птицы, взгляд поэта, вздох убийцы,
Все взметнется, закружится, перемелется в слова.

Имена, года и лица - знатно нынче поживится
Бессердечный кровопийца, ненасытная молва!

На пергамент лягут строки - стон убийцы, смех пророка,
Ярость боя, грязь порока и минувшие дела,

Горькой памяти уроки - но от них не будет проку,
Слава в мутные потоки затянула, забрала.

А с кого спросить за это? Славы страшная примета
Для убийцы и поэта, для пророка и певца:

Песня жизни будет спета, а запомнят не за это,
Встанет на ребро монета высшей мудростью Творца.

Подлецом ли был, святым ли, все давным давно забыли,
Был ты сказкой или былью - нет свидетелей тебе.

Чьи сердца тебя любили, чьи клинки тебя хранили -
Зарастает память пылью, покоряешься судьбе.

Был и праведен, и грешен, был мудрец и злой насмешник,
Были и орлы и решки, холод сердца, страсти жар,

Весел был и безутешен, был спокоен и помешан,
Коронован и повешен, скор на шутку и удар,

Сердцем черен, ликом светел... Сделает за все в ответе,
Обречет на суд столетий славы горькая печать.

Ты ли жил на этом свете? - тихо шепчет в ухо ветер.
Я не знаю, что ответить. Лучше просто помолчать.
Я

Атлант расправил плечи

Лучше не будет. Заткнись и прими как факт,
Просто стой стеной, подставляя плечо под лед.
Когда все закончится, тогда ты и будешь рад.
Все проходит, поверь мне, парень, и все пройдет.

Не зови, не бойся, не жди, что откроют дверь.
Только ты и небо, и космоса вечный мрак.
Знаешь, парень, главное, ты не верь,
Что однажды что-то сделается не так.

Ты не сможешь выйти - небо тяжелый груз,
Ты примерз к граниту, бронзовый бог-атлет.
Все проблемы мира - тебе на один укус,
Если б были шансы покинуть свой постамент.

Терпи, улыбайся - язвительный штрих творца,
Губы из бронзы кривятся ветрам назло.
Атлант-небодержец с усмешкою ждет конца:
Если разверзлась твердь, то ему свезло.

И нет ни любви, ни веры, есть только свод,
Что лежит на плечах и гнет тебя на излом.
Держи его крепко, врастая за годом год
В гранит постамента, толкай его вверх плечом.

Однажды он рухнет, засыпав тяжестью звезд
Тело твое, бронзу скрутив и смяв.
Атлант рассмеется, покинет свой вечный пост
И будет, честно сказать, абсолютно прав.

IN MEMORIAM

Ольга Кашпор (Киев)

Мальчиков кладут рядком. Прям на мостовой

Мальчиков укрывают флагами.
С головой.
Не вой, дура, говорю, твой – живой. Живой.
Он такой же, как они – тоже рвется в бой.
Долго трубку не берет. Но не вой.
Не вой.
Мальчиков кладут рядком. Прям на мостовой.
Лиц не видно. Не смотри. И не вой. Не вой.
Твой такой же – как они – на передовой.
Разбирает мостовую по кускам.
Живой.
Мальчиков выносят строем. Траурный конвой.
Не считай. Зажмурься. Помни, Бог с тобой.
Он придет. Под утро. Мятый и седой.
Ты отпустишь снова. Просто жди.
Не вой.

Данное сообщение изначально опубликовано в блоге Форум сайта «Библиотека Якова Кротова». Вы можете прокомментировать здесь или в исходном блоге.

    Я

    Clockwork tiger

    Смертельная тяжесть стальных перекрученных струн,
    Звериные мышцы под шкурой латунной дрожат.
    Тигр неподвижен. Во власти заоблачных дум,
    За пляской теней следит его пристальный взгляд.

    Тень проскользнет - о, несчастный безумный глупец!
    Король всех сокровищ манит и толкает на риск.
    Над гротом глубоким построен великий дворец,
    Резных анфилад не достигнет слабеющий визг.

    Страж уже здесь. Тихий скрежет алмазных когтей,
    Одно лишь мгновенье, и воздух броском разорвет
    Живое оружие, ужас незваных гостей -
    Тигр любит охоту, и джунгли его - этот грот.

    Несчастному долго метаться средь черных столпов,
    Надеяться горько - ослабнет пружина! - но нет,
    Зверь совершенен. Покончив с игрою, он вновь
    Уляжется мирно смотреть на магический свет.

    Тигр обречен вечно ждать перестука шагов,
    Крадущейся поступи вора у древних ворот.
    Безмолвный хранитель запретных и тайных садов
    Не ведает скуки. Своим ожиданием горд,

    Тигр вспоминает тепло его сделавших рук,
    Голос создателя, шелест магических слов...
    Тигр издает металлический ласковый звук,
    Как будто бы олово знает, что значит любовь.

    Град величайший разрушен уж тысячу лет,
    Покинут дворец, анфилады покрыты песком,
    Остались врата, только тайных садов больше нет -
    Пустыня пожрала и их, подавившись куском.

    Вот тайный грот, и среди антрацитовых плит
    Тигр затаился, глядит на волшебный огонь.
    Безмолвный хранитель, покинут, заброшен, забыт,
    Тигр отдыхает от яростных кличей погонь.
    Я

    (no subject)

    Вчера наконец-то сходил на прием к хирургу.
    Мои опасения касательно каких-либо планов на следующий год подтвердились, так что:

    официально объявляю, что полигонный ролевой сезон 2014 я пропускаю полностью.

    Для предложений по кабинеткам открыт примерно с мая.
    Я

    * * *

    Когда будет пора уходить, ты меня позови.
    Сборы недолги - у нищего много ль добра?
    Час до зари досидим у слепого костра -
    Из пепла расти мертворожденной нашей любви.

    Не грусти, уходя: здесь никто и не вспомнит о нас.
    Жили-были когда-то, да сплыли. Не вышло легенды.
    Не тащи, уходя, за собой ни желанья, ни беды,
    Оставь их земле как последний безмолвный наказ.

    Простимся с землей, что была к нам не так уж и зла -
    Приемная мать нелюбимых ненужных детей.
    Память о ней скоро выйдет, как жар из углей:
    Не она мертвецами сквозь наши сердца проросла.

    Настала пора уходить, и в ладони ладонь.
    Нас земле не сносить, но земли нам давно стало мало.
    Пепел взметается вверх и кружится устало.
    Звездой маяка полыхает небесный огонь.

    Что ж, не тяни, и канаты, как прошлое, рви.
    Хлопает парус, пугая истлевшую ночь.
    Здесь только пепел. Сияя, уносится прочь
    Летучий корабль всесжигающей нашей любви.